«РОЛАН ГАРРОС»: отвага в сердцах победителей, надежда — в душах побежденных

«Ролан Гаррос»-2009 запомнится надолго. Запомнится российским финалом у женщин, первым в истории этого турнира поражением Рафаэля Надаля и «сказочным» финалом шведа Робина Содерлинга. Однако по-настоящему легендарный статус этот турнир получил в самый последний день, в воскресенье 7 июня. Именно тогда на корте имени Филиппа Шатрие маэстро Роджер Федерер получил, наконец, заветный трофей, которого в его богатой коллекции еще не было, — Кубок Мушкетеров.

ТРИУМФ

В Париже — 17 часов 06 минут. Забитый до отказа 15-тысячный корт имени Филиппа Шатрие, укрывшийся по случаю дождливой и прохладной погоды зонтами и плащами, замер в предвкушении исторического события. У Роджера Федерера — матчбол в финальном матче против Робина Содерлинга. Пропустить момент, когда на глазах теннисист в буквальном смысле слова становится живой легендой, никто на стадионе не хочет. В звенящей тишине на трибуне прессы послышался голос журналиста из комментаторской кабинки одной из французских радиостанций: «Ce n’est pas la balle de match, c’est meme pas la balle de tournoi, c’est la balle d’eternité» («Это не матч-пойнт, это даже не чемпионшип-пойнт, это очко, отделяющее его от вечности»). Спустя считанные секунды тишина трибун взорвалась оглушительным ревом и вспышками сотен фотоаппаратов, а внизу, на корте Федерер упал на колени, словно оглушенный свалившимся на него осознанием того, чего только что добился. Швейцарец стал единственным, кроме Андре Агасси, теннисистом, сумевшим выиграть все четыре турнира «Большого шлема» на разных покрытиях, и сравнялся по общему числу выигранных турниров суперчетверки с рекордсменом Питом Сампрасом.

КАК ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ

Вместе с тем до начала Открытого первенства Франции шансы Федерера на итоговую победу оценивались не слишком высоко. Безоговорочным фаворитом был четырехкратный действующий чемпион этого турнира испанец Рафаэль Надаль, который на тот момент еще не потерпел на парижских грунтовых кортах ни единого поражения. Да, накануне «Ролан Гаррос» Рафа проиграл Федереру в финале гамбургского «Мастерса», однако то поражение многие специалисты были склонны списывать на два фактора: накопившуюся усталость Надаля по ходу напряженного грунтового сезона и на упорнейшее, отнявшее у него остатки сил, сопротивление, которое оказал ему в полуфинале серб Новак Джокович.

До «Ролан Гаррос», по мнению большинства, Надаль должен был успеть восстановиться. Плюс ко всему Джокович, который на тот момент застолбил за собой статус второго по силе игрока на грунте после самого Надаля, угодил при жеребьевке не в испанскую половину сетки, а в швейцарскую. Так что повторение гамбургского сценария в Париже исключалось. Шансов сообща «завалить» Надаля у Джоковича и Федерера не было. А в потенциальном сербо-швейцарском полуфинале многие заранее ставили на победу Джоковича, который в этом году еще не проигрывал, а побеждал Федерера и на харде Майами, и на грунте Рима.

Таково было перед стартом турнира достаточно простое уравнение с тремя, как тогда казалось, известными. То, что в борьбу за Кубок Мушкетеров включатся другие теннисисты, представлялось маловероятным: у Энди Маррея был недостаточный опыт успешной игры именно на грунтовом покрытии, а остальные теннисисты сбрасывались со счетов из-за более низкого по сравнению с Надалем, Джоковичем и Федерером класса. Однако действительность безжалостно разрушила все предстартовые расклады. Джокович был бит в третьем раунде немцем Филиппом Кольшрайбером. Надаль продержался до четвертого раунда, где по всем статьям уступил шведу Робину Содерлингу.

КРАХ ФАВОРИТОВ

Оба эти результата, конечно же, сенсационны, но если поражение Джоковича от Кольшрайбера легко вписывается в стандартную схему «недооценка соперника, который прыгнул выше головы», то осечка Надаля намного более интересна. Начать с того, что два года назад на Уимблдоне Содерлинг абсолютно на равных бился с Надалем все пять сетов, которые растянулись по времени на три дня турнира, имел скрытый матч-пойнт в пятой партии и отыграл четыре матч-бола своего соперника. В общем, не случайно Надаль сказал потом, что это, без сомнения, был самый сложный поединок в его карьере. Однако тот матч имел более важное значение не для Надаля, а именно для Содерлинга. Для испанца победа стала лишь промежуточной остановкой на пути к уимблдонскому финалу, потом последовали другие турниры и другие победы, так что он и думать забыл про своего не слишком именитого шведского соперника. А Содерлинг матч не забыл. По его словам, та игра имела для него огромное психологическое значение: он понял, что в состоянии бороться с Надалем и что в его собственном теннисе есть козыри, позволяющие обыгрывать испанца на любом покрытии, даже на грунте.

Первый тревожный звоночек для поклонников Надаля должен был прозвучать в третьем круге, когда Содерлинг раскатал по корту Давида Феррера, теннисиста, играющего в схожей с Рафой манере, только чуть похуже. Однако скандинавское «Иду на вы!» болельщиков испанца не насторожило, тем более что сам Надаль после не слишком вразумительного старта «проглотил и не подавился» на центральном корте имени Филиппа Шатрие австралийца Ллейтона Хьюитта.

Казалось, что после стартовой пробуксовки испанский «грунтовой экспресс» на всех парах понесется к мушкетерскому кубку. В букмекерских конторах победа Надаля над Содерлингом котировалась в пределах 1.02-1.05, то есть поставив на успех испанца один рубль, можно было рассчитывать получить с него всего от двух до пяти копеек.

Короче говоря, в победу Содерлинга над Надалем мало кто верил. Болельщики испанского теннисиста даже не могут утешить себя мыслью, что их любимец был не в форме. Нет! Перефразируя слова героя фильма «Берегись автомобиля» следователя Максима Подберезовикова, можно сказать: «Это был Надаль — такой, какой надо Надаль!». Может быть, чуть более уставший, чем обычно, но, несомненно, тот самый Надаль, который способен много и быстро бегать по задней линии и выкручивать на другую сторону корта высокие и глубокие мячи.

Но оказалось, что стиль игры Содерлинга позволяет ему великолепно взламывать оборонительные порядки первой ракетки планеты. Во-первых, обладая высоким ростом и поставленной техникой, он вполне способен агрессивно играть с высоких выкрученных ударов, перед которыми на грунте пасовал даже Федерер. Во-вторых, в активе Содерлинга было еще одно секретное антинадалевское оружие — быстрый и острый плоский бекхэнд кроссом под форхэнд соперника. Рафаэль попросту не успевал подстроиться под такой удар и, как правило, дарил с него своему сопернику достаточно легкие мячи. Матч был завершен за три с половиной часа, причем в его концовке зрители активно болели за Содерлинга, что вызвало затем раздраженные комметарии как самого Рафаэля, так и его дяди Тони.

ПУТЬ ФЕДЕРЕРА

Для Роджера Федерера поражение Рафаэля Надаля, единственного теннисиста, которому он проигрывал на «Ролан Гаррос» в предыдущие четыре года, значило, что у него, наконец, появился шанс выиграть турнир. Однако получить шанс — еще не значит его использовать. Сход с дистанции Надаля избавил швейцарца от необходимости штурмовать для достижения своей цели Эверест, но других вершин, пусть и не столь неприступных, на его пути все равно оставалось достаточно. Не раз и не два по ходу турнира Федерер, словно Штирлиц, был на грани провала. Лишь в пяти упорнейших партиях он сломил сопротивление Томми Хааса в четвертом круге и Хуана Мартина Дель Потро — в полуфинале, отдал по сету Хосе Акасусо и Полю Анри Матье. Лишь в финале его превосходство над Содерлингом не вызывало сомнений.

Что ж, болельщикам швейцарского теннисиста придется смириться с тем, что победы их кумира больше не будут такими блистательными и безоговорочными, какими они были в прошлые годы. По теннисным меркам Федерер уже ветеран, и он не в состоянии постоянно поддерживать в ходе турниров крейсерскую скорость. Понимая это и действуя в соответствии со своими физическими возможностями, Федерер вполне может отыграть на высшем уровне еще пару-тройку сезонов. Вопрос, захочет ли он оставаться в теннисе еще так долго?

1 февраля этого года на церемонии награждения финалистов Australian Open по лицу Федерера катились слезы обиды и унижения. Тогда казалось, что ни одного турнира «Большого шлема» ему уже не выиграть. Слишком силен стал Надаль, последовательно победивший швейцарца на грунте, траве и харде, подросли еще двое молодых хищников — Новак Джокович и Энди Маррей. Карьера Роджера, казалось, катилась к закату. Однако… Спустя всего четыре месяца Федерер вновь плакал на церемонии награждения. Плакал от счастья. Он выиграл в теннисе все, что только можно, он побил все возможные рекорды. Какие цели Роджер может себе поставить теперь? Выиграть Уимблдон или US Open? Он их уже выигрывал. Выиграть за сезон все четыре «Большой шлема»? Увы, времена Рода Лейвера давно прошли и при нынешнем уровне теннисной конкуренции и специализации это вряд ли кому по силам. Так что можно не сомневаться, что мысли о завершении карьеры будут теперь посещать Роджера все чаще.

РОССИЙСКИЙ ФИНАЛ

В последние годы женский турнир на «Ролан Гаррос» все чаще и чаще оставался в тени мужского. Ну а в ситуации, когда за историческим Кубком Мушкетеров шел сам Роджер Федерер, происходящее в женской сетке и вовсе перестало попадать в поле зрения моих иностранных коллег. Тем более, что никаких сенсаций у женщин не ожидалось. С начала грунтового сезона наиболее ярко проявили себя две теннисистки — россиянки Динара Сафина и Светлана Кузнецова, выигравшие на двоих все три турнира первой категории. Именно они и дошли до финала «Ролан Гаррос».

Он стал вторым российским финалом в истории французского супертурнира. В 2004 году Кубок Сюзанны Ленглен в очном поединке разыграли Анастасия Мыскина и Елена Дементьева.

Из россиянок после Марии Шараповой только Динаре Сафиной удалось вступить в ранг первой ракетки мира. При этом в отличие от соотечественницы она возглавила рейтинг-лист, не имея в активе ни одной победы на турнирах «Большого шлема». В финале «Ролан Гаррос»-2008 она уступила сербке Ане Иванович, в финале Аустралиан Оупен-2009 — американке Серене Уильямс. Нынешний «Ролан Гаррос» был для Динары великолепной возможностью поправить не слишком приятную статистику.

Во-первых, грунт для нее — наиболее удобное покрытие. Во-вторых, она подошла к соревнованиям в самой, что ни на есть, боевой форме, выиграв крупные турниры в Риме и Мадриде и дойдя до финала в Штутгарте. В-третьих, в довольно неважных игровых кондициях находилась действующая чемпионка турнира Иванович, которая сошла с дистанции в четвертом круге.

Собственно, игра Сафиной вызывает у любителей тенниса смешанные чувства. Владелец известной во Франции теннисной академии Патрик Муратоглу сказал во время турнира: «У нее очень однообразный и предсказуемый стиль игры, построенный исключительно на мощи и силе ударов, равных которым в женском Туре нет больше ни у кого. К сожалению, уровень женского тенниса сейчас таков, что для побед над большинством теннисисток этого вполне достаточно. Однако если кому-то удастся порвать ритм обмена ударами, который навязывает Сафина, если кому-то удастся заставить ее бегать по корту, то у этого «кого-то» появятся неплохие шансы на успех».

Можно соглашаться или не соглашаться с мнением этого вполне уважаемого во Франции специалиста, но нельзя не отметить, что по своему стилю игры, по желанию сыграть сверхнадежно и без ошибок, Динара очень напоминает Рафаэля Надаля, который, кстати, является ее любимым теннисистом. Ее защиту очень сложно пробить, но если кому-то это все же удается, то он получает над Сафиной заметное игровое преимущество.

Шансы против Динары имела в четвертьфинале молодая белоруска Виктория Азаренка, которая легко выиграла у россиянки первый сет. Однако затем, во многом из-за отсутствия опыта, инициативу упустила и во второй и третьей партиях уже не смогла играть в прежней, агрессивной и атакующей манере.

Кузнецовой в финале удалось гнуть свою линию с начала и до конца матча. Ее острые атакующие удары с задней линии, ложившиеся точно в углы корта и на линии, выбивали соперницу из колеи и не давали ей войти в привычный ритм обмена ударами. А в открытой, обоюдоострой игре шансы Светланы на победу были заметно выше. Она праздновала успех в двух быстрых партиях — 6/4, 6/2. Первой с победой ее поздравила расстроенная соперница, а главный трофей грунтового женского тенниса вручила великая немецкая теннисистка Штеффи Граф. Когда-то, призналась Кузнецова, Граф была для нее самым любимым игроком в женском теннисе и примером для подражания. Теперь имя Светланы будет выгравировано на Кубке Сюзанны Ленглен рядом с именем ее кумира.

Итоги женского «Ролан Гаррос» ответили далеко не на все вопросы и поставили новые. Один из них: какое будущее ждет Сафину и Кузнецову? Пока Динара, несмотря на поражение, остается первой ракеткой мира и сохранит за собой это звание как минимум до конца Уимблдона. Шансы победить на турнирах «Большого шлема» у нее еще должны быть. Хочется надеяться: Динара знает, что именно нужно подправить в своей игре, чтобы это, наконец, произошло. По крайней мере, на послематчевой пресс-конференции она была очень самокритична: «Сегодняшний матч, действительно, будет мне хорошим уроком. Дело в том, что в последнее время я стала более капризной на тренировках. Мне надо вновь спуститься с небес на землю и, когда тренер что-то советует, держать язык за зубами, а не спорить с ним».

Кузнецова же, похоже, становится одной из главных претенденток на то, чтобы сменить Сафину на первой строчке женского рейтинга. Может быть, на Уимблдоне она и не будет в числе главных фавориток — эта честь уготована сестрам Уильямс и Марии Шараповой, — но вполне способна набрать немало вистов в ходе хардового сезона и, возможно, замахнется на второй в сезоне турнир «Большого шлема» — US Open. По крайней мере, как побеждать на кортах «Флэшинг Мидоуз», она уже знает.

ВОЗВРАЩЕНИЕ МАРИИ

Завершая разговор о «Ролан Гаррос», невозможно не упомянуть Марию Шарапову, которая возвращается на корты после почти годового отсутствия. Открытый чемпионат Франции был у нее лишь вторым турниром с июля прошлого года. Грунт для нее — наименее удобное покрытие. Однако, даже имея в пассиве два этих негативных фактора, Шарапова все равно сумела дойти на «Ролан Гаррос» до четвертьфинала. Великолепный результат при таких исходных данных!

Выступление Шараповой в Париже важно главным образом как проекция на ее дальнейший турнирный график. Ведь совершенно очевидно, что сама она не связывала со вторым в сезоне турниром «Большого шлема» никаких особых надежд. После каждой парижской победы — над Анастасией Якимовой, Надеждой Петровой, Ярославой Шведовой и На Ли — она неизменно повторяла на пресс-конференциях одну и ту же фразу: «Я не задумываюсь о том, как далеко могу пройти по турнирной сетке. Рада уже тому, что мне предстоит провести здесь еще один матч». Эти матчи, большинство из них, получились крайне упорными и, наверняка, предоставили теннисистке и ее болельщикам хороший повод для оптимизма.

Материал печатается с сокращениями.

Глеб Шатуновский