СКАЗКИ ШАХЕРЕЗАДЫ НАЯВУ

Корреспондент «Теннис+» Йожеф Саси недавно побывал в маленьком, но удаленьком княжестве Дубаи, чтобы солнечной энергией подзарядиться, и за крупным турниром The Barclays Dubai Tennis Championships понаблюдать. Вернулся он не только с почерневшим от загара лицом, но и с таким багажом любопытной информации, что его хватило бы на десяток выпусков «Вокруг & Около». Или на приложение к «1001 ночи»…

Как журналистов кормили запретами

Когда я готовился к поездке в Эмираты, многие коллеги мне завидовали: мол, едешь в райское место, где все утопает в роскоши. О райском местечке разговор отдельный, а пока — о работе. Пресс-центр турнира с 3-миллионным призовым фондом оказался размером с две маленькие комнатки, где в страшной тесноте, держа ноутбуки чуть ли не на коленях, работала пара десятков журналистов из трех местных англоязычных газет. В этом закутке не было ни одного справочника, ни одного телевизора, демонстрирующего репортаж с корта. «А зачем он нужен?» — удивился моему наивному вопросу руководитель пресс-центра Мухаммед Шабан: «Из окна и так все видно!» В этой «квартире» еще имелся холодильник с водой, но вдоволь насладиться жизненно необходимым в пустыне благом мешала наклеенная на дверцу холодильника записка: «Больше трех бутылок в день не брать!» Но самое сильное впечатление осталось от посещения пресс-бара, который организаторы поместили в «зону игроков», где отдыхали и готовились к матчам участники турнира. Журналистам вместе с талонами на еду вручалась памятка, начинавшаяся словами «Журналисту запрещено: выходить за пределы отведенного для него коридора, обращаться к игрокам, фотографировать их, подслушивать разговоры, подходить к бассейну, плавать в нем, сидеть в джакузи, и смьтреть на жен и подруг теннисистов». В актуальности последнего пункта я убедился в первый день мужского турнира, когда увидел двух подружек чешских теннисистов, загоравших в бикини. Появись в таком виде на пляже, девушки мгновенно были бы арестованы полицией нравов и высланы из страны. Но мусульманские традиции и законы княжества Дубаи не действовали в эти недели на территории Авиационного клуба, и участники, и участницы турнира, а также их родные и близкие могли делать все, что хотят. Однако на журналистов все эти свободы не распространялись: заявки на интервью не оформлялись, пресс-конференции задерживались, а то и вовсе не проводились. А уж кормили так, что на фоне этих перчено-пересоленных «яств» самые обычные блюда из буфета пресс-центра «Олимпийского» могли бы показаться вершиной кулинарного искусства.

Как «прекрасная Елена» поразила сердце шейха

Властитель земли, умов, природных ресурсов и всей недвижимости княжества шейх Мохаммед аль Мактум долгие годы работал от зари до зари, совсем забыв о плотских утехах. Более тридцати лет он прожил в браке со своей кузиной, которая с главной задачей жены исправно справлялась, родив шейху 17 детей. Но однажды стрела Амура поразила шейха, и он влюбился в йорданскую принцессу. Несмотря на возражения короля Абдаллы, американское гражданство избранницы и то, что принцесса была старой девой (ей, страшно сказать, было 28 лет) аль Мактум все же женился на ней.

И вот в дни нынешнего турнира случилось непредвиденное. Шейх Мохаммед на телеэкране (у него телевизор все же был) увидел в теннисном матче девушку своей мечты — длинноногую блондинку с аристократическими чертами лица. Это была Елена Дементьева. Установить близкий контакт с нашей красавицей шейху не удалось: на следующий день Лена покинула княжество. Спустя несколько часов после ее отлета шейх дал интервью местному телевидению, в котором признался в чувствах к российской теннисистке: «Более красивой девушки я в жизни не встречал! Надеюсь, она теперь будет частым гостем в нашем княжестве, и мы сможем познакомиться поближе». После этого в княжестве началась настоящая «дементомания». Всюду — от витрин торговых центров до ветровых стекол атомобилей — красовались портреты нашей «прекрасной Елены».

Как «дева Мария» стала «пособницей оккупантов»

Хотя княжество Дубаи считается самым прозападным государством на Аравийском полуострове, но в одном шейх Мохаммед так и не смог поступиться принципами — в своей ненависти к евреям. Даже в англоязычной прессе Израиль именуется не иначе, как «псевдо-государство», а Иерусалим — «временно оккупированной столицей Палестины». Представляете, какие чувства испытал властитель, узнав, что сразу три израильских теннисиста (Шахар Пеер и лучшая пара в мировом рейтинге Джонатан Эрлих — Энди Рам) собираются к нему в гости. Отказать в приеме он, разумеется, не мог, поэтому решил прибегнуть к восточным уловкам. Служба общей безопасности («мухабарат») связалась с ЦРУ и попросила предупредить «Моссад» о том, что Аль-Каида собирается совершить теракт против Пеер в Дубаи. Уловка сработала. Пеер вместо Аравии отправились играть в Америку. Не успел шейх этому порадоваться, как узнал страшную весть — самая известная теннисистка в мире Мария Шарапова в последний момент снялась с Дубайского турнира. Мало того, она купила роскошную виллу в Израиле, хотя раньше собиралась поучаствовать на паях в строительстве «Городка теннисных звезд» в пригороде Дубаи. Говорят, шейх был раздосадован этим поступком теннисной королевы. Уже на следующий день из всех торговых центров Дубаи, как по мановению волшебной палочки, исчезли портреты Шараповой.

Как наших туристов отвадили от … тенниса

Шейх Мохаммед считает себя «туристическим эмиром», поскольку позволяет иностранным гостям, проезжающими мимо его дворца, любоваться павлинами. Сидящие в автобусе туристы могут сколько угодно снимать любимцев властителя, но им категорически запрещено фотографировать сам дворец как объект особой государственной важности.

Что может произойти при нарушения этого правила, вы сейчас узнаете. Через два дня после российского женского финала автобус с сибирскими туристами в два часа по местному времени проезжал мимо «лежбища» павлинов. Один из туристов вскинул аппарат и сфотографировал дворец. Через несколько секунд перед автобусом как будто из-под земли выросла дюжина крепышей — сотрудников Службы общей безопасности. Они отконвоировали всех пассажиров автобуса в ближайший полицейский участок. Здесь их, правда, угостили лепешками и люля-кебабами, а затем врубили огромную плазменную панель и стали показывать запись финала между Еленой Дементьевой и Светланой Кузнецовой. Потом — еще и еще раз. В тот день сибиряки посмотрели женский финал трижды и, вернувшись в автобус, поклялись никогда в жизни не смотреть теннис.

Как в Дубаи делают «прививку любви» к Дубаи

«Я полюбила Дубаи с первого взгляда» — Елена Дементьева. «Каждый раз, когда приезжаю в Дубаи, я словно попадаю в прекрасную сказку!» — Роджер Федерер. «Мне так понравилось в Дубаи, что хочу купить здесь дом!» — Елена Янкович. Если послушать мастеров ракетки, то может сложиться впечатление, что все они помешались на арабском княжестве, что в мире нет ни Парижа с Нью-Йорком, ни Лондона с Мельбурном. С каждым новым турниром число «дубаиманов» увеличивается. В этом году в Эмираты приехали шесть из семи ведущих теннисистов планеты…

Любой профи с первых шагов попадает здесь в атмосферу невероятной роскоши и сказочного сервиса. Сразу по прилету его усаживают в огромный белый лимузин и везут в пятизвездочный отель «Ле Меридиен» рядом с аэропортом. Теннисистам предоставляют исключительно «сьюты», где их уже ждут шампанское, серая иранская икра, лангусты, королевские креветки и финики в шоколаде. За каждым спортсменом закрепляется «Мерседес» с личным шофером, который каждое утро отвозит его на стадион и, разумеется, за покупками в торговые центры.

Некоторые особенности The Barclays Dubai Tennis Championships-2008

1. Когда в 2000-м году был проведен первый «двойной» турнир, его призовой фонд не превышал 500 тысяч долларов. Теперь он уже составляет 3 миллиона, а в следующем году достигнет 5 миллионов. И это не предел. К 2012 году здешние шейхи собираются превратить чемпионат в пятый по значению турнир планеты с 20-миллионным призовым фондом, его матчи будут проходить на крупнейшем в мире теннисном стадионе, вмещающем 50 тысяч зрителей.

2. В этом году организаторам удалось заманить на турнир в качестве главного судьи легендарного Алана Миллса. Того самого, который почти четверть века работал главным судьей в Уимблдоне и получил прозвище — «рейнмен», «человек дождя». На этот раз ему пришлось работать в городе, где последний раз дождь прошел в январе.

3. После нынешнего турнира Дубаи войдет в теннисную историю как город, где прервалась 17-матчевая выигрышная серия Жюстин Энен, уступившей в четвертьфинале итальянке Франческе Скьявоне.

4. Неслыханной щедростью поразила всех знаменитая фирма Rolex, раздав всем участникам и организаторам турнира около 500 фирменных часов стоимостью от 5 до 50 тысяч долларов.

5. Больше всего болельщиков на трибунах было у индианки Сании Мирзы. За нее болели не только индийцы, но и их заклятые враги — пакистанцы, бангладешцы, а также местные жители. Оно и понятно: Саниа — мусульманка (хотя по ее поведению этого не скажешь).

6. Фелисиано Лопес приехал на турнир, имея в этом году в активе всего одну победу. За неделю в Дубаи он одержал четыре победы, одолев трех игроков из первой двадцатки, и дошел до финала. Правда, в решающем поединке он проиграл Энди Роддику, зато заработал 150 тысяч долларов.

7. Сразу пять игроков — Федерер, Бердых, Янкович, Мирза, Среботник — объявили о том, что выбирают Дубаи в качестве своей тренировочной базы в межсезонье для подготовки к Australian Open.

8. В консорциум для строительства «Городка для теннисных суперзвезд» уже вошли более тридцати теннисистов, внесших по миллиону долларов. Самым щедрым оказался Борис Беккер, чей взнос составил 5 миллионов. Его и выбрали главой консорциума.

9. В ночь с третьего на четвертый день мужского турнира для его участников был устроен пир в лучших арабских традициях — с танцами живота и семи покрывал (здешний вариант стриптиза). К большому изумлению зрителей выяснилось, что среди танцовщиц не оказалось ни одной арабки. Все девушки были из Украины.

10. Шейх Мохаммед так и не удосужился появиться на стадионе. В эти две недели у него было более интересное занятие — всеэмиратский чемпионат по верблюжьим гонкам.

Материал печатается с сокращениями.