УИМБЛДОН: СОЛНЦЕ ПОБЕДЫ НА СМЕНУ ДОЖДЮ

Открытый всем ветрам Центральный корт Уимблдона под высоким небом и ярким солнцем чествовал чемпионов 2007 года. На корте знакомые лица: Винус Уильямс в четвертый раз стала обладательницей заветного блюда, а Роджер Федерер в пятый раз подряд поднимал над головой золотой кубок, повторив рекорд Бьорна Борга.

Глаголит ли истина устами шведов?

51-летний швед ради такого случая покинул Стокгольм и, захватив жену, отправился на Уимблдон, где не бывал со времен своих побед. Короткий визит в 2000 году не считается, поскольку тогда Уимблдон собирал на парад всех чемпионов. На сей раз Борг приехал по собственному почину.

«Федерер может выиграть Уимблдон и шестой, и седьмой, и восьмой раз, — восхвалял своего приемника легендарный швед, — он может выигрывать на любом покрытии, настолько он совершенен». После матча, Бьорн спустился к корту и терпеливо ждал, когда окончится церемония награждения, чтобы лично поздравить Роджера.

«То, что я шел на повторение рекорда, а на трибуне сидели Борг, Макинрой, Коннорс, Беккер, делало этот финал, возможно, главным событием моей карьеры. Давление было огромное. Я счастлив, что выстоял», — с облегчением выдохнул чемпион после победы.

Как сложится мужской турнир, предугадать было нетрудно: Федерер на траве — фаворит, больше 50 победных матчей подряд говорят сами за себя. Однако нюансы все же имелись. Проиграв Открытый чемпионат Франции, Роджер не спешил на газон и первый раз за многие годы не играл перед Уимблдоном подводящих турниров. «Я устал, — повторял он. — Мне надо отдохнуть». Слух разнесся, что проигрыш на «Ролан Гаррос» швейцарец переживал тяжело, что он подавлен и разочарован. 26-летний теннисист знает, что время работает не на него и мечта о «Большом шлеме» может никогда не воплотиться, как это случилось с его предшественником Питом Сампрасом. Разочарование — плохой помощник. Многие тогда подумали, что трон Федерера слегка покачнулся. Опрос экспертов накануне Уимблдона принес любопытные результаты. Швед Микаэль Тильстрем вывел в финальные соперники Роджеру …россиянина Михаила Южного. По Тильстрему выходило, что Михаил переиграет в четвертом круге Надаля, потом Бердыха, затем Багдатиса, но в финале все-таки уступит «Феде». «Я удивляюсь, как можно его проглядеть, — качал головой швед, — для меня Южный — игрок первой «пятерки», лучше него в мужском теннисе есть только Федерер». Когда лучшим тебя считает любимая девушка — это одно, но когда такой комплимент слышишь от коллеги по цеху, это дорогого стоит.

Тильстрем был прав: Миша демонстрировал в двух первых сетах матча с Надалем фантастический теннис, но тут снова «полетела» спина, до победы не хватило полчаса. Оставшиеся три сета россиянин буквально простоял — Надалю достаточно было просто класть мячи в корт, а это он делать умеет. На Уимблдон прилетал из Германии физиотерапевт Южного, приводить пациента в боевой порядок, но надолго остаться не смог. «Клаус приехал в первую пятницу, — рассказывал Миша, — готовил меня к субботнему матчу, а когда его перенесли, то приводил мою спину в порядок в понедельник утром». Лечение прошло успешно — россиянин смел финна Ниеминнена в трех сетах. Но уехал врач, спина опять разболелась — и предсказанию Тильстрема не суждено было сбыться. «Мише надо бы взять перерыв на месяц, пройти реабилитацию, сделать курс восстановительных процедур, но времени у нас нет», — грустно качал головой тренер Борис Собкин. Николай Давыденко также дошел до четвертого круга, правда, в отличие от Южного, впервые. На справедливый вопрос, почему не удается показать на траве результат, достойный его уровня, Николай ответил: «Для меня каждая победа на Уимблдоне — счастье. Неудобный турнир, хотя для «травы», как говорят, у меня все есть: подача, прием, любые удары. Но дело в отскоке. Я жутко нервничаю, каждый розыгрыш превращается в проблему. Голова не выдерживает. Например, я подал, соперник отбил мяч на центр корта, подбегаю с мыслью «сейчас забью», замахиваюсь, а мяч вдруг неправильно отскакивает, и я отправляю его в метровый аут...».

Мужчины свою программу минимум выполнили, все-таки в десятке пока лишь Николай Давыденко, но девушки, которые занимают половину теннисной женской элиты, явно недосчитались призов.

Африканские косички и белые лебеди

Россиянки приехали в Лондон в числе фавориток: имена Марии Шараповой, Анны Чакветадзе, Надежды Петровой, Светланы Кузнецовой назывались рядом с именами первой ракетки мира Жюстин Энен и прошлогодней чемпионки Амели Моресмо. Действительно, Маша накануне Уимблдона вышла в финал турнира в Бирмингеме, Анна выиграла турнир в Хертогенбосе. Надя Петрова, усиленно потренировавшись в Швеции, в Истборне дошла до полуфинала. На подходе были свежие силы: громко заявила о себе Алла Кудрявцева, выиграла первый матч основной сетки бывшая чемпионка юношеского Уимблдона Вера Душевина, обрела хорошую форму Лена Веснина, прошедшая два круга… Но на Уимблдоне, впервые за многие годы, россиянок не оказалось даже в полуфинале. Практически не участвовала в турнирах, предшествующих Уимблдону Светлана Кузнецова. Объяснение простое — из-за травмы она не могла подавать. Зато с удовольствием делала все остальное, в том числе заплела на голове с полсотни африканских косичек.

— Вы постоянно меняете свой имидж, с чем это связано? — спросила я Светлану.

— Скучно жить. Ничего у меня в жизни не происходит, остается прически менять. А если серьезно — люблю экспериментировать…

— Насколько прочна ваша пара с Надей Петровой?

— Мы давно собирались с Надей сыграть. Кажется, у нас это получается. А цель одна — выступить вместе на Олимпиаде. Но вообще сил мало остается, я устала…

— Что в матчах «Большого шлема» идет «от головы» и что – от техники?

— От техники – процентов на тридцать, не больше. Для меня важно забыть обо всем и сосредоточиться на матче. Давление момента и мнение других людей загружают голову, мешая играть. Если мне удается «блокировать» посторонние мысли, выступаю лучше.

В четвертьфинале против Уильямс Света показала хороший теннис, упрекнуть ее нельзя, но ее соперница в этот день играла лучше. Надя Петрова, вдохновленная посещением концерта памяти принцессы Дианы, прошла до четвертого круга. В тяжелом матче против Аны Иванович ей удалось собраться после разгромного первого сета и в решающем Надя вела 3/1 и 40-15 на своей подаче, но — не сложилось. Однако с Уимблдона москвичка уезжала в хорошем настроении и те невеселые мысли («хочу ли я играть в теннис?»), которые посещали ее в последнее время, судя по всему остались в прошлом.

Обидней всего должно быть второй ракетке мира Маше Шараповой, она и платье специальное к Уимблдону приготовила, и в Бирмингеме сыграла хорошо, дошла до финала, и тренировки не пропускала — все делала правильно, но с Винус Уильямс не справилась. Как, кстати, и с Сереной в Мельбурне, в финале чемпионата Австралии.

Почему? Конечно, не стоит забывать травму. Если не можешь подать в полную силу, то сестры Уильямс будут первыми, кто тебя за это накажет, забивая мячи навылет с приема. А если Винус начала попадать с приема, то она начнет попадать и с удара — такова ее особенность. 202 км/час — с такой средней скоростью подавала американка в матче против Шараповой. Ни одного брейк-пойнта не удалось получить Маше на подаче соперницы, такое с россиянкой случается редко. Прекрасная Маша в прекрасном белом лебедином наряде, навеянном знаменитым балетом, была хрупка и беззащитна на огромной зеленой сцене под хмурым небом. Конечно, «красота спасет мир», как вытатуировал у себя на руке сербский теннисист и поклонник Достоевского Янко Типсаревич. Но с таким настроением ребята немного ошиблись дверью: лебедь и профессиональный спорт — две вещи несовместные.

Роджер Федерер: «Мне просто повезло»

«Грунтовый король» 21-летний Рафаэль Надаль пробу травы провел на турнире в Квинсе, а после проигрыша там в третьем круге рванул на Уимблдон и тренировался, как одержимый, по три раза в день. «Для Федерера легче перестроиться с глины на траву, — это его покрытие, — рассуждал многократный чемпион Франции, — А мне приходится менять весь стиль игры — надо действовать более агрессивно, а подавать гораздо лучше. Это нелегко».

Обладатель самого «закрученного» форхенда в мире демонстрировал новый подход к зеленому покрытию. «На траве трудно играть топ-спином, — продолжал Надаль. — Один из важных моментов — постараться бить по мячу более плоско». Действительно, всю первую неделю, пока трава была зеленая, а отскок — низкий, испанец упорно «выпрямлял» свои удары, но в финальное воскресенье история была другая. «Мне просто повезло, — признался Федерер, пожимая Надалю руку после победы, — сегодня у тебя было столько же шансов выиграть, сколько и у меня». Шансы подарены были Надалю нервозностью Роджера, шедшего на повтор рекорда Борга, а также вытоптанной травой центрального корта. Мало того, что нынешняя поляна с уходом прежнего садовника замедлилась и укоротилась, она за эти две недели вытерлась до голой земли. Конечно, не совсем «Ролан Гаррос», но выходы к сетке из-за высокого отскока теряли остроту.

«Я чувствовал, что в отличие от прошлого года у Надаля был план и к четвертому сету он стал меня переигрывать на задней линии, — говорил Роджер после матча. — Он понял, как играть на траве, и, поскольку она уже не такая быстрая, как раньше, и добежать до сетки практически невозможно, обводил меня раз за разом».

Надаль забрасывал свои топ-спины, как крючок удочки, под заднюю линию и эти испанские крючки цепляли и рвали тонкое кружево игры Федерера. Четвертый сет и начало пятого прошли при полном превосходстве Рафы, и только хорошо направленная подача помогла Роджеру выпутаться из четырех брейк-болов и довести дело до победы. 24 эйса подал швейцарец в финале, Надалю удался лишь один. «Я расстроен, ведь у меня были хорошие шансы на победу, — признался Рафа, — но с другой стороны я играл на равных с лучшим игроком в мире на этом покрытии, а значит, я прибавляю и у меня еще все впереди».

Целительные капли дождя

Есть что-то успокаивающее в шуме дождя. Об этом вам расскажет Винус. Он теряется в листве вяза, журчит в водосточной трубе, негромко стучит в окно. И не только. «Дождь имеет для меня особое значение, — размышляла Винус, — я ведь выросла в Южной Калифорнии, а там никогда не бывает дождей. Когда же он все-таки случался, это значило перерыв в тренировках. Поэтому дождь всегда действует на меня успокаивающе». «Посеянная» под непривычно низким 23-м номером, хотя Винус и выигрывала Уимблдон трижды, забытая букмекерами и журналистами, она могла вылететь уже в первом круге после матча с 19-летней Аллой Кудрявцевой, храброй и талантливой москвичкой, которая не дожала будущую чемпионку из-за отсутствия опыта. Винус кричала отцу в первом сете своего первого матча: «Что я делаю неправильно? Я не могу попасть в корт!» Ричард памятником нависал над ложей гостей, разводил в стороны руки, как бы обнимая дочь, и повторял: «Борись, моя девочка! Борись!..»

Его «девочка» пропустила в прошлом году восемь месяцев из-за травмы левой кисти и опустилась в рейтинге ниже первой полсотни. Когда же она, наконец, вернулась в Тур в феврале, победы давались ей с большим трудом и до Уимблдона она смогла выиграть лишь незначительный турнир в Мемфисе. «Я никогда не опускала руки, что бы обо мне ни говорили, — уверяла чемпионка после победы, — я всегда знала, что могу выиграть еще много Уимблдонов. Разница лишь в том, что если раньше я многое принимала, как должное, то теперь к жизни отношусь по-другому, и благодарна судьбе за то, что у меня есть».

Как говорит Амели Моресмо, все зависит от маленьких деталей и никогда не знаешь, какая из них может тебе помочь именно в этот момент. Повлияло ли на настрой Винус поражение младшей сестры? Возможно. Это был тот редкий случай, когда она могла снова ощутить себя лидером и, оставшись в турнире, отомстить обидчикам «малышки» Серены. Появилась святая цель — и из сходящей «звезды» Винус превратилась в неустрашимую чемпионку. Фантастическое перевоплощение. Любопытно, как бы все сложилось, если бы Серена обыграла Жюстин? Но об этом пусть рассуждают спортивные психологи…

Агент 007

Психологам нынче работы много. А что можно сказать про бывшего «агента 007» Пирса Броснана, вид которого вдохновил 22-летнюю Марион Бартоли на самую большую сенсацию чемпионата, победу над первой ракеткой мира Жюстин Энен. «Как только увидела на трибуне одного из моих самых любимых актеров, я сказала себе: «Ты можешь играть плохо перед кем угодно, но только не перед ним!» Собралась и стала играть умнее. Когда же увидела, что он за меня болеет, — утроила усилия. Так что, может быть, это и его победа тоже».

На финал Пирс Броснан не пришел, у него по плану была свадьба приятеля, зато прислал Марион букет с запиской и пожеланием успеха. Но даже если бы и пришел, обыграть Уильямс на этом Уимблдоне было невозможно. «На траве Винус непобедима, — признала Бартоли, — я все попробовала, но когда ты принимаешь мяч, летящий со скоростью под 200 километров в час, то это шок. Не каждый день приходится играть с партнершами, которые с такой силой лупят по мячу».

История этой француженки не менее удивительна, чем история ее американской соперницы. За ее спиной, как и за Винус, стоит еще один теннисный «папа» — доктор Вальтер Бартоли, который хотя и находится в разных с Ричардом весовых категориях, не уступает американцу по части слепой веры в свою дочь. Но если Ричард верил в земное воплощение грозной Афины Паллады, то шахматист Вальтер верил в маленькую, пухленькую, немного неряшливую «курочку» Марион, техника которой могла быть «состряпана» только шахматистом и только в домашних условиях.

В 1999 году доктор Бартоли продал свою частную практику в городке Le Puy en Velay и вместе с Марион отправился ловить птицу удачи в дремучем лесу под названием «профессиональный теннис». С тех пор они только вдвоем — без тренера, врачей, теннисных экспертов… Но удача им улыбнулась. «Я так хотела здесь выиграть, — причитала Марион, — как было бы здорово держать в руках этот трофей! Я представляла, как пойду на бал, надену вечернее платье, буду танцевать с чемпионом среди мужчин — такое случается только на Уимблдоне, но… Конечно, я понимаю, что финал — это тоже здорово, но, Боже мой, как я ненавижу проигрывать!»

Если не считать победу Винус Уильямс в финале женского одиночного разряда, то наибольшего успеха снова достигли европейцы. Французы Мишель Ллодра и Арно Клеман весело, с шутками и приколами пройдя весь чемпионат, в решающем матче победили братьев Боба и Майка Брайанов, принеся родине титул, который Франция не видела уже 70 лет! Забив решающее очко, два веселых теннисиста поснимали майки, и бросили их вслед за ракетками в толпу. Потом, правда, одумались, но материальные ценности обратно возвращать никто не собирался. «Больше мне играть нечем, — пожаловался Арно, — ракеток нет, а мне ведь ехать в Штутгарт».

Запасной майки у него тоже не оказалось. А с голой грудью принимать главный приз Уимблдона из герцогских рук было бы неприлично. Честь нации спас брат Ллодра, кинувший свою майку незадачливому чемпиону.

Материал печатается с сокращениями.

Наталья Быканова