ЧЕЛОВЕК ЭПОХИ

Около двадцати лет они вместе. Ельцин и Тарпищев. В часы счастливых побед и в дни, долгие дни, напряженной работы и трудных испытаний.

Были вместе. До понедельника, 23 апреля. В тот день Борис Николаевич ушел из жизни.

Их объединял не только теннис. Настоящие друзья, хотя разница в возрасте была заметна. Все-таки почти двадцать лет. С 1992 и по 1996-й Шамиль Тарпищев, президент Федерации тенниса России, был советником Первого Президента России. Отвечал за развитие в стране физкультуры и спорта.

— Да, Борис Николаевич называл меня своим другом, — рассказывает Шамиль Анвярович. — Такое обращение было для меня очень дорого. Я хорошо понимал масштаб великой личности. Ельцин — человек эпохи. Человек, формировавший эту эпоху. Именно он сломал однопартийную систему. Именно при нем страна перешла к рыночной экономике, вернулась на пути развития современной цивилизации. Именно он руководил историческим процессом бескровного — практически — демонтажа уже обреченного на развал СССР. Он принес нам свободу. Не только право, но и реальную возможность говорить открыто, честно, не лицемерить.

Как человека, как личность, его, считаю, никто еще не показал.

Однажды сказал ему: «Вам бы книгу написать...» Он спросил: «Мне про себя писать, что ли?»

Борис Николаевич абсолютно честный, в высшей степени порядочный человек. Отличался железной волей, умел брать всю ответственность на себя. Прежде всего, в критических ситуациях. Работоспособность была фантастическая. Помню как-то в Сочи, в одно из воскресений, мы играли с ним в теннис. Только закончили, как ему доставили килограммов десять всяких бумаг. Не то что изучить все досконально, пролистать было трудно. Я еще тогда пошутил: «Может, все это сжечь? Ничего же в стране не произойдет!» Посмеялись.

У Бориса Николаевича порядок был железный. Он ложился рано, часов в 10 и вставал в 4 — 5, работал со всеми этими документами до отъезда в Кремль. Работал ежедневно. И в субботу. И в воскресенье.

Обладал феноменальной памятью. Возник у него как-то спор с Баранниковым, тогдашним министром внутренних дел, по поводу какого-то документа... Спорили, спорили, и вот Борис Николаевич говорит: «Нет, в этой бумаге было сказано не так». А она прошла два месяца назад. Он и говорит: «Пусть принесут эту бумагу, там в третьем абзаце сверху сказано было не так». И говорит — как. Министр послал человека, принесли бумагу, и оказалось, что Борис Николаевич был прав. Он читал очень быстро, как говориться, по диагонали, но запоминал все отлично.

— Когда вы последний раз видели Бориса Николаевича?

— До его поездки в Израиль. По святым местам. Значит, в конце марта. Мы, в частности, обсуждали вопросы о вручении наград Фонда Ельцина юным теннисистам. Гранты ребятам по распоряжению Бориса Николаевича вручали Наина Иосифовна, дочь Таня и я. 29 или 30 марта был у нас с ним телефонный разговор. Он рассказал: «Вот походил по святым местам...» Добавил, что в Москву прилетит второго, и мы созвонимся. Созвонились 5 апреля. Я пригласил его на матч Кубка Дэвиса. Он спросил: «Как ребята? Все ли и все ли в порядке? Какая ситуация?» Рассказал. За сутки до матча позвонил Борису Николаевичу. Спрашивал о самочувствии. Он сказал, что сердце болит, что вряд ли пойдет на игру и что скорее всего посмотрит матч по телевизору. Перед Кубком Федерации я разговаривал с Наиной Иосифовной. Она сказала, что Борис Николаевич в больнице и на матче его не будет. Передал ему привет. А потом мне сказали, что в понедельник он собирается выходить из больницы. Но это был тот печальный понедельник — 23 апреля...

Борис Николаевич был большим другом журнала. Поддерживал нас. В первом номере «Теннис+», вышедшем в марте 1992-го (до этого в стране таких изданий не было 78 лет), он обращался к читателям, к теннисистам. Уважаемые читатели! Коллеги! Вместе с вами радуюсь появлению первого номера журнала «Теннис+». Наконец-то! Любители этой замечательной игры, покорившей почти весь мир, получают теперь свое издание... В теннисе, знаю по собственному опыту, начинать никогда не поздно. Приглашаю вас на корт. Ваша подача!

Редакция «Теннис+»

Воспоминания Шамиля Тарпищева о самом главном теннисном болельщике России читайте в следующем номере.